Сотона

Материал из Almawiki
Перейти к: навигация, поиск
Love.gif

Любовь!
Эта статья изобилует искорками любви и обожания. По всей видимости, она была запилена стипломными фанатами поэта.
Может стоит добавить в неё ещё респектов и уважухи?

Gop.jpg

Осторожно: наховская гопота!
Эта статья жизнеописует суровые будни одного из воинов Альма-наха. Любой, кто осмелится запилить сюда правды(тм), иронии или искромётного юмора рискует быть обыдляченным бандой сетевых гопников под истошные вопли "Альма-наху акбар". Иншалла!

Сотона в "Корчме"

Сотона (Виктор Рыжков) - классик Удаффкома и Альма-наха, знаковый автор эпохи Слишком Позднего Ренессанса, звезда, впервые вспыхнувшая на таблоиде российской поэзии во времена разлитого дефолта. Публиковался в Пятой, Шестой и Седьмой Книгах Альма-наха.

Сотона-стайл

Работает в стиле гугл-хэлп, возникшем в среде этнических падонков питерских окраин, де-факто являясь его разработчиком и наиболее ярким представителем.

Стиль предполагает строительство образной системы стихотворения не саманно-навозным методом, как у псевдонародников, и даже не на классических кирпичах из обожженного глагола или типовых метафорических панелях времен хрущевской оттепели. Нерукотворный памятник по гугл-хэлпу от Сотоны – это многоэтажный монолит с применением блок-комнат, а также есенин-комнат, маяковски-комнат и т.д.

Это не искусство месить глину линейного эпитета, а искусство трехмерного монтажа, современный художник по этой методологии – не каменщик или прораб, и даже не архитектор, а композитор слова.

Да, бывает, что хочется уйти от постмодернистской эстетики, от того, за что меня как раз и хулят невосприимчивые к ней реципиенты, но... Глупо описывать каждое дерево, когда можно сказать "лес", глупо рассказывать о несовершенстве человека, если можно сказать "Заратустра", глупо рассказывать о мудрости, если можно сказать "Экклезиаст". Постмодерн экономичен, ёмок и оставляет огромный простор для читателя в отражении собственных эмоций и мыслей по поводу приведённых аллюзий или прямых ссылок. И всё же, вербализованная мысль есть только линия, в какой клубок её не скручивай, какие сети из неё не плети, он не отразит и тени того, что ежесекундно происходит в думающей голове и чувствующей душе. Мне представляется, что для более или менее адекватной передачи этого хаоса необходимо выключить разум вовсе.

Из интервью ххМиро, взятого у Сотоны в сумраке[1]

Наследие

Имеет множество последователей и подражателей, ни один из которых, впрочем, не достиг уровня своего гуру. На Удаффкоме обитает с 2004 года, на Альма-нахе с 2007 (Клуб - с 2008), на Стихире также с 2008.
На Альма-нахе признан классиком и одним из пророков наховского движения.


Хх Миро: А когда появился "сотона"? - именно та манера, тот почерк, которые вы сегодня считаете определяющими в своем творчестве.

Сотона: Очень хороший вопрос, потому что это таки произошло. И произошло, как обычно, внезапно, случайно и совершено независимо от моего желания. Мне было уже слегка за 30. Я тогда зашивался на пяти работах, так как, проебав по природному разгильдяйству процесс первоначального накопления капитала, пытался урвать хотя бы крохи со стола вторичного. И вот тогда меня, замученного и заморённого, и посетили строчки, которые к худу ли, к добру ли привели к тому творческому состоянию, в коем я и нахожусь поныне. Это были первые строчки, написанные "в стиле сотоны". Вот они:

Не осталось места для поэзии
В черепе под дыбом вставшим ежиком.
Где твоя гогено-полинезия,
Нежить жадно жившего художника?

И увидел я, что это хорошо.

из всё того же интервью

Примеры творчества

Это такие люди

Бляди – это такие люди,
Что имеются для имений,
Это просто и без прелюдий -
Механизмы для поебени.

Бляди – это такие люди,
Для покупки и для продажи,
Что в привычном всегдашнем блуде
Об ином и не мыслят даже.

Бляди – это такие люди,
Кто не может напрячься, чтобы
Дать по роже судьбе-паскуде,
Позабыв о своей утробе.

Бляди – это такие люди,
Кто от дурости, кто от спеси,
Что живут без мечты о чуде,
А с мечтою о Мерседесе.

Бляди – это такие люди, -
О душе скажи – рассмеются.
Лишь звенят карильоном муди,
Что о жопу с размаху бьются.

Бляди – это такие люди,
Боже, думаешь, на них глядя,
Да такой ли грех на Иуде,
Как на самой обычной бляди?

Жизнь, как очередь у буфета,
Так чего же всё это ради?
Но, конечно же, нет ответа…
Люди – это такие бляди.[2]

Мне дарила судьба золотых кенарей...

Мне дарила судьба золотых кенарей,
И хотя поскупилась на лычки,
Я глушил мудазвонством иных звонарей
И подламывал жизнь без отмычки.

Жил, как будто бы бредил, а бредил, что жил,
Да какое там жил? Так – проказил,
До тех пор пока вдруг до конца не сложил
Из говна этот грёбаный паззел.

От умильных соплей, от заученных фраз
До брутальных фекалий цинизма
По канату прошел не за день, не за раз,
Но зато, бля, с каким артистизмом.

На три жизни и дури имел, и идей
Как в китовом желудище криля.
И такая энергия шла от мудей,
Что волосья на репе искрили.

«А теперь тех надежд не отыщешь следа...»
Перепевы, одни перепевы.
Бьётся память, как тоненькая слюда,
Рвётся словно девичия плева.

Сколько было дано – четверым не поднять,
Но не мой приз успешного бега.
На правилку себе созываю сходняк
Изо всех своих долбанных эго.

Изъебнись пьяной выходкой, злая душа,
Как чеку рвани ситцевый ворот.
В пясть сграбастав башку, я дождусь не спеша
Очевидного мне приговора.[3]

Авторские страницы

Удаффком
Альма-нах
Клуб
Стихира